effective enabler (agavr) wrote,
effective enabler
agavr

Categories:

Стыдные признания, или Пираты баренцева моря

в красноярске было дивно хорошо (и продолжает оставаться быть последние часы). про кальмара в двух видах стоит рассказать отдельно, а сейчас надо признаться в самом стыдном: я, конечно, накупил в красноярске книг, даже не местных и везу их в москву.

среди них есть одна, о существовании которой я и не мечтал, но которую страшно хотел прочитать: история голландских торговых связей с россией в XVI - XVII столетиях, написанная простым и человеческим языком. называется книжка "Архангельск", автор её Ян Виллем Велувенкамп и я её всем рекомендовать не решаюсь, хотя кто бы мог не прийти от нее в восторг, тоже не понимаю.

сам я дико люблю книги по экономической истории, потому что они полны крошечных авантюрных детективов - например, у Велувенкампа я вычитал такой:

Филипп Винтерконинг, уроженец Зеландии, искусству торговли обучался у датчан. До 1562 года он состоял на службе у губернатора города Вардё, который соседствовал с русским Печенгским монастырем Святой Троицы, построенным преподобным Трифоном. Троицкие монахи периодически приезжали в Вардё, чтобы продать датчанам рыбу, китовый жир и закупиться солью.

На губернаторской службе молодой Винтерконинг хорошо изучил возможности и проблемы северной торговли. Трудолюбие монахов, природные богатства русского севера и возможность торговых контактов с Центральной Россией при посредничестве Печенги сулили предприимчивому зеландцу настоящее богатство. К 1564 году Винтерконинг уже не только создал в Антверпене концессию с двумя другими купцами, но и отправился на своем первом корабле в Вардё. Фрахтовать большое судно и тащиться по суровому Барнцеву морю за грузом монастырских припасов было выгодно - однако, в пиратском сюжете все не может быть так тихо, мирно и складно.
По прибытии в Вардё выяснилось, что там за это время сменился губернатор и новый датский ставленник, Якоб Хансен, не желает содействовать развитию голландской торговли в ущерб датской. Винтерконинга обвинили в нарушении торговых привилегий городов Бергена и Тронхейма, заключили под стражу вместе со шкипером и шутрманом, а корабль и груз - конфисковали.

Здесь я передам слово самому Велувенкампу, ибо в русском переводе Н.Микаэлян он изъясняется преизрядно

Винтерконинга спас удачный с точки зрения улова рыбы год. Именно в этот, 1564, год монахи Печенгского монастыря и местные крестьяне выловили столько рыбы, что в Вардё не нашлось достаточного количества транспортных стредств, чтобы перевезти весь улов. Губернатор приказал Винтерконингу и команде его судна перевезти рыбу и тресковый жир, закупленные для датского короля, в Берген. При этом они должны были поклясться никогда больше не приезжать в Вардё и не нарушать торговых привелегий. По прибытии в Берген им даже заплатили за перевозку.
Винтерконинг отправился назад на родину, и страх, который нагнал на него Якоб Хансен, развеялся в североморском бризе. Перед отъездом из Вардё монахи Печенгского монастыря предложили ему приезжать прямо к ним для ведения торговли.
Филипп снова снаряжает корабль и вновь отправляется в Печенгскую бухту. Груз трески, китового жира и сёмги благополучно взят на борт, корабль лёг на обратный курс. Однако, сам Винтерконинг фрахтует русское судно с командой в 13 человек, перегружает на него остатки недораспроданного голладского товара (в том числе полотна и вин), и направляется с ними в устье Северной Двины, к причалу Святого Николая. Собственно, эта созданная англичанами якорная стоянка есть место первого торгового контакта Англии и Голландии с Россией в обход Швеции и Дании, важнейшая точка для понимания истории Русского Севера и её вершины, создания Петербурга. Имя святого Николая причал носил так же по соседнему монашескому скиту - сегодня останки построек Николо-Корельского монастыря видны на секретной территории Северодвинского завода атомных подводных лодок с бегущего мимо шоссе.

От Святого Николая юный триумфатор, хлебнувший первого пьянящего успеха, собирается отправиться в Москву и там уж расторговаться всерьез. Однако, всё не так гладко.
Вскоре после своего отъезда, у Мурманского побережья, молодой зеландец встретился с русским судном. Вяснилось, что есть возможность обменяться товарами с находившимися на судне людьми, и Винтерконинг решил встать на якорь близь берега и переночевать на месте. Русские, с которыми он только что вел деловые переговоры, оказались под большим впечатлением (каков оборот! - А.Г.) от дорогих голландских товаров и той же ночью тайком проникли на борт судна. Они напали на троих слуг Винтерконинга и 13 членов команды судна, пока те спали и перерезали им горло. Самому Винтерконингу удалось добраться до берега, где он был насмерть поражен стрелой. Русские перенесли груз с корабля Винтерконинга на собственный и поплыли с добычей дальше.
Дальше начинается ещё более причудливый сюжет про то, как партнер Винтерконинга по концессии Корнелис де Мейер пытается подать русскому царю прошение о расследовании убийства, но ему противостоят и англичане ("Московская компания" ничем не хуже Ост-Индийской, средоточия мирового зла в "Пиратах Карибского моря), и "сообщники убийц Винтерконинга". Одни не хотят отвечать по закону, другие (властительные покровители впечатлительных поморов) - чтобы голландские купцы получили доступ к русскому рынку. В складчину те и другие подкупают власти Новгорода - и вот уже де Мейер выдворяется из страны:
В качестве причины было указано, что в бумагах де Мейера не должным образом был указан титул Ивана Грозного.
Де Мейер и присоединившийся к нему бухгалтер концессии Симон вон Салинген встречаются в бухте Кола (кольский полуостров назван именно по ней), тайком пробираются в Центральную Россию, для чего переодеваются русскими (это, между прочим, уже правонарушение в России Грозного), с обозами достигают Москвы, секретно встречаются с прежде знакомыми купцами - но от подачи царю челобитной их отговаривают. За время пути голландцы натворили такого, кто в Посольском приказе их не ждет ничего, кроме заслуженной дыбы.

Корнелис де Мейер вернулся в Антверпен, Симон вон Салинген ещё долго торговал в России жемчугом, монетами и украшениями, ездил по торговой надобности в Карелию и Лапландию, после чего "поступил на датскую службу в качестве эксперта по лапландским делам". Смерть Филиппа Винтерконинга осталась неотмщённой. Печенгская Святотроицкая обитель стала одним из важных торговых центров Севера, в 1566 году игумен Трифон был лично принят Иваном IV всея Руси Васильевичем Грозным в Москве, и монастырь получил в своё распоряжение земли от Нейдена до Лицы, включая подати с местных саамов и лов семги в заливах между полуостровом Рыбачий и Варангерфьордом.

Tags: север
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments