December 8th, 2009

life

приглос

10 декабря, то есть в этот четверг, в Библиотеке искусств (бывш.Театральная) на Большой Дмитровке открывается Музей читателя.
интересненько
life

дмитрий быков о толстяках и вопросах веры

СЧАСТЛИВЕЦ ВАЙЛЬ, или АППЕТИТ » Культура » GZT.ru:
О том, что толстяки живут недолго и несчастливо, визжит медицинская литература, от дилетантской, уринотерапевтической, до вполне серьезной, ссылающейся на многолетнюю статистику и букет диагнозов, якобы неизбежно сопровождающих толщину. Получается на первый взгляд вполне убедительно: Честертон прожил 62 года, Волошин — 55, Вайль — 60. Но, во-первых, какие это были годы! По количеству сделанного и насыщенности прожитого — дай Бог сухопарому человеку в футляре, более всего озабоченному собственным пищеварением; к тому же и работа у всех была нервная — Честертон с Вайлем журналисты, Волошин фактически держал писательский пансион... А во-вторых — все трое жили с раблезианским блеском, много работая, хорошо отдыхая, радостно питаясь, не брезгуя алкоголем, и шестьдесят лет такой жизни будут, пожалуй, получше девяноста лет аскезы. Тем более, что все трое горячо верили в загробную жизнь. И если статус Вайля в последний год казался мне крайне пугающим и таинственным — он в самом деле пребывал между жизнью и смертью, плавая в темных водах, как у Кафки охотник Гракх, — то теперь наконец появилась полная ясность: если Вайль не в раю, то кто же в раю?
дорогой Дмитрий Львович! полностью разделяя вашу любовь к Вайлю как редкостному писателю и публицисту, говорившему о хорошем охотнее, чем о плохом, не могу не возвысить. я как-то Петру Львовичу задавал прямые и даже бесстыжие вопросы относительно религиозного самоопределения и получил внятные, сухие, но точные ответы. к моему сожалению, П.Л.Вайль ни горячо, ни холодно в вечную жизнь не верил, и загробного бытования не чаял.
это не отменяет вашей правоты ("если Вайль не в раю, то кто же в раю?"), но уточнение тут необходимо.