effective enabler (agavr) wrote,
effective enabler
agavr

Category:
  • Mood:

границы толкования

хорошая новость: опубликовано ещё несколько переводов Ильи Кутика из Тумаса Транстёмера.
плохая новость: к нобелевскому лауреату нынешнего года тексты эти имеют очень небольшое отношение.

дело в том, что замечательный шведский поэт Тумас Транстрёмер пишет свои стихотворения (или свои "неправильные хайку", к которым перешёл в последние годы) нерифмованным верлибром. те самые "насыщенные прозрачные образы, дающие нам новый взгляд на реальность", за которые Нобелевский комитет (к большому моему лично удовольствию) выдал премию ТТ, существуют в его текстах сами по себе, не поддержанные никакой ритмической архитектурой, не стянутые никакими перекрёстными созвучьями рифм.
идея переводчика (горячо тогда поддержанная русским нобелиатом Бродским И.А.) о том, что переводить надо из одного культурного пространства в другое и потому оснащение рифмами и ритмом жизненно необходимо для пущего великолепия, кажется мне возмутительным жухальством. стихи Транстрёмера и переводы Кутика соотносятся примерно так же, как новый скандинавский дизайн пространств от Алвара Аалто до IKEA и традиционное французское ножки гнуты a la Луи Каторз. конечно, языковой барьер отделяет шведского поэта почти от всего мира. а представьте, что бы сказали не только спецы, но и широкая публика, если бы некий лэндартист объявил, что японский сад камней хорошо и правильно переводить для европейского зрителя садом Тюильри.
к сожалению, у меня нет под рукой бумажной версии блестящей книги Транстрёмера, выпущенной в 2002 году издательством ОГИ: аккуратной билингвы, где соседство непонятного (да и непроизносимого) текста оригинала как бы верифицирует переводы Алексея Прокопьева и Александры Афиногеновой. ещё жальче, что этого перевода нет в сети - потому что ленивое читающее комьюнити даже если и составило представление о том, кому дали Нобеля - то неправильно. Кутик вдвинул на его место нечто гораздо более блестящее - и блеск этот (слегка пижонский) скрывает за собой мощное, но неяркое, северное свечение стихов ТТ.

мне в этом неочевидном шаге Кутика видятся какие-то отголоски советского переводческого проекта. в 40-х советское правительство решило, что для пушего культурного счастья надо, чтобы народы СССР читали друг дружкину поэзию - и отрядило десанты очень приличных поэтов переводить всё, что натворили к этому моменту нацкадры. конечно, учить лакский и аварский московские поэты не собирались, а переводили по подстрочнику. им давали на бумажке краткое содержание предыдущих серий, а они поверх вышивали чо хотели. поскольку переводили поэты хорошие (Арсений Тарковский, Яков Козловский, Наум Гребнев), а оригиналы писали поэты откровенно средние (Расул Гамзатов, Кайсын Кулиев, Джамбул и т.п.), то о соответствии перевода оригиналу никто не задумывался. говорили о "духе национальной традиции", о том, что "стихотворение должно читаться как написанное на русском" - и так постепенно сформировалась эта традиция огромного пренебрежения автором - которую сами авторы поддерживали очень охотно: без улучшающего перевода не видать бы им Сталинской премии и Верховного Совета.

или вот ещё: на недавно случившемся в Перми фестивале "Текстура" мне довелось смотреть читку свеженаписанной пьесы Вячеслава Дурненкова "Север". пьеса блистательная, я как-то уже упоминал здесь об этом. Дурненков пишет неприглядную и жестокую картину современной жизни с супружескими изменами, захваченными заложниками, заработками на северах и межчеловеческой нечеловеческой жестокостью. это всё - первое действие. начинается второе - и вдруг выясняется, что всё, виденное нами ранее - шизофренический бред одного из героев, которого пытается лечить доктор, приглашенный его женой. это новая странная картинка, мы снова вынужденно верим в её сугубый, махровый реализм, угловатый и ранящий. но начинается третье действие - и выясняется, что два вложенных бреда, просмотренных нами до сих пор, - внутри безумия совсем другого персонажа, собственно жены героя, которая не узнает никого, включая собственного брата-близнеца и целиком переместилась в страну своих мрачных грёз. а на самом деле все герои находятся в саду вокруг большого собственного дома на юге, где доктор пытается излечить героиню, но отказывается от этой идеи. и мы - хорошо, не знаю ничего про "мы" - я снова, в третий раз попадаюсь на это "на самом деле".
так вот: эту прекрасную пьесу, разумеется, ставить совершенно непонятно как. эту проблему нижневартовцы решили довольно оригинальным образом: просто взяли и разыграли первый акт (благо сюжет в нём довольно автономный). и всё. чтобы вот с этими сложностями не заморачиваться. сильное решение: сразу представляешь, как выглядела бы в постановке трагедия Шекспира "Га". или комедия "Двенадцатая".

очень яркая эта картинка заставила меня какое-то долгое время (вот видите - до сих пор!) думать о том, где вообще границы толкования. что может (режиссер/ переводчик/ куратор) по отношению к выбранному им из всего текстового массива всемирных букв фрагменту, а что ему запрещено?

возвращась к новостному поводу: нравятся ли мне стихи Кутика, его переложения со шведского на бродский? очень нравятся. только это совсем другой поэт, не Тумас Транстёмер - так же, как стихи Клянусь четой и нечетой, Клянусь мечом и правой битвой, Клянуся утренней звездой, Клянусь вечернею молитвой мы не думаем приписать пророку Мухаммаду.
хорошо (и очень дипломатично) ответил на вопрос об этих переводах Алёша Прокопьев в интервью "Свободе": Странно заставлять писать стихи в определенном метре, рифмы к ним придумывать, когда там этого ничего нет. А вот передать стихи, как они есть, чтобы при этом получились стихи, – когда у нас традиция свободного стиха еще не очень развита... Вот эта задача, по-моему, как раз настоящая.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 45 comments